Вера как основа бытия

«Праведный верою жив будет» (Рим.1:17). Эти слова апостола Павла открывают глубочайшую истину: жить – значит верить. Вера не есть некое дополнение к жизни, её украшение или удел избранных. Вера – это сама ткань человеческого существования, то, без чего жизнь невозможна в принципе.

Человек устроен так, что всё его бытие держится на вере. Убеждения, чувства, желания, действия и даже бездействие – всё имеет в своём основании веру. Даже когда человек ничего не делает, ничего не хочет, ничего не чувствует, то все равно верит, что это правильно или не правильно. Даже когда он сомневается, то верит в значимость своего сомнения.

Вера всегда есть проявление неравнодушия и ценностного предпочтения. Человек верит в то, что ценит по преимуществу, и эта вера становится движущей силой его жизни. То, во что человек верит, ради того он и живёт, то он и помещает в центр своей жизни. Поэтому выбор главной ценности – это выбор веры. Одни верят в материальное богатство и живут ради него. Другие верят в земную власть и живут ради неё. Третьи верят в мирскую славу и живут ради неё. Четвёртые верят в свою семью и живут ради неё. Пятые верят в искусство и живут ради него. Шестые верят в науку и живут ради нее. Седьмые верят в Бога и живут ради Него.

Онтологическая ограниченность: почему человек вынужден верить

Человек – существо ограниченное. Он зажат между прошлым, которого уже нет и которое нельзя изменить или достоверно познать (ибо память обманчива, а история полна белых пятен), и будущим, которого ещё нет и которое полностью от человека не зависит. Невозможно контролировать ни завтрашний день, ни даже следующую минуту. Пространство и время задают пределы нашей тварной природы.

Эта онтологическая ограниченность означает, что человек объективно не может быть уверен ни в чём абсолютно. Всё без исключения можно поставить под сомнение, даже факт собственного мышления, вопреки Декарту. Однако сомнение подтачивает жизненные силы. Оно подобно ржавчине, разъедающей душу. Человек, который ни во что не верит и всё подверг сомнению, впадает в паралич воли и смысла.

Чтобы этого не произошло, человеку остаётся только верить – доверять и быть верным своему выбору, чтобы жизнь не лишилась смысла и продолжалась. Человек вынужден верить в прошлое (что оно действительно было таким, каким оно помнится и представляется, таким, как его передают свидетели и источники), вынужден довериться будущему (верить, что завтрашний день наступит, что солнце взойдёт, что всё будет хорошо). Иначе он просто потеряет себя, оказавшись в гибельной пассивной прострации.

Вера – это прыжок в жизнь над пропастью смерти и бессмысленности. В действительности мы совершаем этот прыжок каждый момент своего существования, даже не задумываясь об этом. Прыжок веры стал для нас настолько привычным, что оказался вне нашего сознания и совершенно нас не удивляет. Хотя, на самом деле, в нём кроется неизъяснимая удивительная тайна человеческой жизни.

Нет неверующих людей

Это приводит нас к выводу, который противоречит расхожему мнению: неверующих людей не существует. Все люди – верующие. Не может быть человека без веры, точно так же как не может быть человека без дыхания. Люди различаются тем, во что и как они верят.

Священное Писание говорит: «Без веры угодить Богу невозможно» (Евр.11:6). Но и диаволу угодить без веры тоже невозможно. Даже «бесы веруют и трепещут» (Иак.2:19). Вера – это универсальная способность души, она не может быть «отключена», но только «переключена» – переориентирована с одного на другое. Вопрос лишь в объекте веры, в её качестве и интенсивности.

Нет борьбы веры с неверием – есть борьба веры с другой верой

Это ключевой тезис, который часто упускают из виду. Многие представляют дело так, будто существует «вера» и «неверие» (или «сомнение»), которые борются между собой. На самом деле неверие – это всегда вера во что-то другое. Сомнение – это борьба не веры и неверия, но двух вер в разные правды, когда человек колеблется между ними, не может решительно выбрать одну из них.

Отличие верующих от неверующих в том, что первые признают, что веруют, а другие – нет. Человек, который говорит: «Я не верю в Бога», – на самом деле верит в отсутствие Бога, верит в материю как первооснову, верит в случайность бытия. Это не отсутствие веры, это вера другого содержания.

Атеист верует, что мир произошёл сам собой, что жизнь возникла из неживого, что разум – продукт материи. Это исповедание, принятое на веру, ибо никто не был свидетелем самозарождения жизни или самовозникновения Вселенной при Большом взрыве. Атеист верует в экспериментально-математическую науку, в материальный прогресс, в человека как высшую инстанцию. Такая вера менее честна, лицемерна, поскольку зачастую отказывается называть себя верой, ложно выдаёт себя за совершенно обоснованное рациональное знание.

Что же касается абсолютного нигилиста, который заявляет: «Я ни во что не верю», – он лукавит или заблуждается. Нигилизм – это вера в ничто, в отсутствие всего и вся. Это тоже вера, только пустая, тёмная, пожирающая саму себя. Последовательный нигилист верит, что ничто не имеет не только смысла, но и бытия – и это его догмат. Как этот догмат согласуется с очевидным наличием самого нигилиста – не объясняется.

Позиция скептика, принципиально воздерживающегося от утвердительных суждений, исходит из невозможности человека что-либо доказать и утвердить окончательно. Она представляет собой парадоксальную верую в сомнение, то есть в допущение множества вер, как возможных версий понимания, без предпочтения одной из них. Реальность можно рационально описывать с помощью множества моделей, но никогда нельзя быть уверенным, какая из них правильна. Наши представления всегда относительны и сомнительны. Поэтому скептику, чтобы выжить в обществе, остаётся учитывать веру большинства, сообразуясь с ней, но не считая её истиной.

Таким образом, в истории и практике мышления обнаруживается не альтернатива «вера – неверие», а поле битвы разных вер. Главное противостояние, которое открывает Православие, – это противостояние веры в Бога и веры в диавола, веры в Царство Божие и веры в мир сей. «Здесь диавол с Богом борется, а поле битвы – сердца людей»[1].

Обыденная вера и вера диавольская

Множество людей в мире, не вдаваясь в глубокие духовные вопросы, довольствуются обыденной, повседневной, житейской верой. Они верят в общение, в труд, учёбу и творчество; верят в деньги и материальные блага; верят в себя и своих близких, в успех и счастье.

Если и когда человек впадает в озлобление против кого-то, он начинает верить в свою правоту, в справедливость своих обид и претензий, своего гнева, в то, что он победит своих врагов. И это тоже обыденная вера, только с негативным знаком.

Житейская вера замыкает человека в сиюминутном и суетном. Её горизонт – здесь и сейчас. Её цели – комфорт, безопасность, удовольствие, признание, слава и богатство. Эта вера эгоистична, ибо в центре её стоит «я» с его потребностями и притязаниями на главенствующее положение. Она горизонтальна, потому что движется только в плоскости земного бытия: от человека к другим людям, от человека к вещам, от человека к социальному успеху.

Господь предупреждает об опасности такой веры: «Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где воры подкапывают и крадут, но собирайте себе сокровища на небе… Ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше» (Мф.6:19-21). Обыденная вера собирает сокровища на земле. Она обманчива, недостаточна и опасна. Потому что подрезает человеку крылья, лишает его направления вверх. Она не может дать ответы на главные «проклятые» вопросы: зачем человек живёт? что после смерти? почему страдание имеет смысл?

Более того, обыденная вера легко переходит в веру гордую, диавольскую, когда человек начинает верить в себя как в бога, в своё превосходство над другими, в своё право властвовать и обогащаться любой ценой за счёт других.

И умеренная житейская вера и радикальная вера диавольская пленяют человека времени и смерти. Обе они, по выражению Хайдеггера, являются проявлениями земного человеческого существования как «бытия к смерти».

Религиозная вера: вертикаль и жертвенность

Иная вера – религиозная, православная в своём совершенном выражении. Примем это как данность, оставив доказательство этого тезиса для другой статьи. Православное христианство – не просто «вера в Бога» как в некое дополнение к обыденной жизни. Бог – не инструмент для решения земных трудностей и проблем. Он – предельная Цель и Смысл человеческой жизни как таковой. Поэтому православная вера сама делается путём к Богу и меняет всё мировоззрение, весь образ жизни человека.

Православная вера разрывает кокон времени и выпускает душу в вечность. Эта вера устремлена не к сиюминутным мирским выгодам, а к вечному Царству Небесному. Она вертикальна: от земли к Небу, от твари к Творцу, от времени к Вечности.

Знаменитый датский философ Сёрен Кьеркегор, размышляя о природе веры, утверждал, что она есть «высшая страсть в человеке» и что религиозная (равно христианская для философа – Т.Б.) стадия существования, основанная на вере, стоит выше эстетической, на которой человек движим наслаждением, и этической, когда мы руководствуемся нравственным долгом, стадий. «Вера – высшая страсть в человеке. Пожалуй, в любом поколении найдется много людей, которые даже не дошли до нее, но не найдется ни одного, который бы мог уйти дальше нее», – писал Кьеркегор в своём трактате «Страх и трепет».

Главное свойство православной веры – жертвенность. Христос говорит: «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» (Ин.15:13). Жертвенность означает готовность отказаться от эгоистических «хочу» ради не своей, но ради высшей правды, ради ближнего, ради Бога. В ней проявляется и свободное смирение (личный кеносис), и дерзновенное упование на Того, Кто есть Любовь.

Спаситель призывает: «Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это всё приложится вам» (Мф.6:33). Религиозная вера не отрицает обыденных нужд, но ставит их на своё место. Она даёт человеку крылья, чтобы не увязнуть в болоте суеты.

Совершенная вера: единство уверенности, доверия и верности

В религиозной традиции выделяется не просто вера как принятие богооткровенной истины, но совершенная вера. Она не сводится ни к интеллектуальному согласию с догматами, ни к эмоциональному порыву. Совершенная вера есть живое единство трёх нераздельных качеств: уверенности, доверия и верности.

Уверенность – это не самонадеянность, а твёрдое стояние в истине, которую открыл Бог. Апостол Павел говорит: «Я знаю, в Кого уверовал, и уверен, что Он силён сохранить залог мой на оный день» (2Тим.1:12). Уверенность проистекает из опыта личной встречи с Богом, против которого бессильны любые мирские возражения.

Доверие – это открытость сердца, готовность положиться на волю Божию даже тогда, когда человеческий разум не видит выхода. «Надейся на Господа всем сердцем твоим, и не полагайся на разум твой» (Притч.3:5). Доверие смиряет гордое «я» и позволяет человеку послушно идти за Христом в любых обстоятельствах.

Верность – это постоянство в вере, отказ от измены Богу ради сиюминутных выгод или страхов. «Будь верен до смерти, и дам тебе венец жизни» (Откр.2:10). Верность венчает и скрепляет уверенность и доверие, не позволяя вере рассыпаться под ударами искушений.

Эти три свойства – уверенность, доверие, верность – взаимно поддерживают друг друга. Без доверия уверенность превращается в холодную самоуверенность. Без верности доверие становится минутным порывом. Без уверенности верность вырождается в слепую привычку. Совершенная вера, даруемая благодатью Божией, соединяет их воедино. Именно такую веру имел Авраам, когда «поверил Господу, и Он вменил ему это в праведность» (Быт.15:6), – веру, в которой были и уверенность в обетовании, и доверие воле Божией, и верность до готовности принести в жертву сына.

Вера добрая и злая: нравственный выбор

Вопреки расхожему мнению, вера не является нравственно нейтральной силой. Она может быть направлена как ко благу, так и ко злу. В этом заключается одно из важнейших различений христианской антропологии.

Вера как добродетель есть способность человека избирать и следовать добру, верить в него и подчинять ему свою жизнь. Это вера, которая открывает сердце Божественной любви и побуждает к милосердию, терпению, жертвенности. Такая вера делает человека соработником Богу в деле спасения. Апостол Иаков учит: «Вера без дел мертва» (Иак.2:26). Добрая вера неизбежно проявляется в добрых делах, ибо, по слову Христа, «всякое дерево доброе приносит и плоды добрые» (Мф.7:17).

Вера как злодеяние – это выбор в пользу зла, сознательное или полусознательное служение греху. Когда человек верует в свою безнаказанность, в свою избранность над другими, в право сильного или богатого – его вера становится разрушительной силой. Апостол Иоанн так описывает три корня такой веры: «Ибо всё, что в мире: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская, не есть от Отца, но от мира сего» (1Ин.2:16). Похоть плоти – стремление к чувственным удовольствиям. Похоть очей – жажда обладания, зависть к чужому. Гордость житейская – самоутверждение, превозношение над другими. Вера, направленная на эти три вожделения, становится злой верой. Она оправдывает ложь, жестокость, предательство. Она приводит к ожесточению сердца и, в конечном счёте, к духовной смерти. О такой вере сказано: «Ибо вы слышали о путях их, и ужаснулись; опустошена земля их» (Иер.2:12).

В основе нравственного выбора между добром и злом всегда лежит выбор веры. Человек верует либо в силу добра, либо в силу зла. Он верует либо в любовь и служение другим (Богу и ближнему), либо в самолюбие и самоутверждение над другими (Богом и ближними). Этот выбор определяет всё направление его жизни. Как говорит Господь: «Кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет её; а кто потеряет душу свою ради Меня, тот обретёт её» (Мф.16:25). Выбор веры в силу добра есть выбор жизни. Выбор веры в силу зла есть путь погибели.

Выбор: поверить Богу или диаволу?

Священное Писание ясно говорит о том, кто стоит за верами альтернативными единой истинной православной вере. Диавол – «лжец и отец лжи» (Ин.8:44), «человекоубийца искони» (там же). Его исконный замысел – увести человека от Источника Жизни, ввергнуть его в вечную смерть своей гордыни.

Искушая нас, Сатана приходит с прекрасным, соблазнительным предложением, которое было обращено ещё к прародителям в раю: «Будете как боги» (Быт.3:5). По сути, его вера звучит так: «Не верь Богу, верь мне – и станешь богом». В этом вся суть гордой, злой веры – веры в себя как в того, кто выше других, веры в своё всемогущество, в свою избранность, в своё право судить и властвовать.

Господь же призывает к иному. Он говорит: «Верьте в Бога и в Меня верьте» (Ин.14:1). «Следуй за Мной» (Мф.9:9). Вера в Бога – это не самоуверенность, а упование на Творца. Это смиренное признание своей ограниченности и Его всеведения. Это доверие Тому, Кто есть Любовь (1Ин.4:16). Это верность Завету, скреплённому Кровью Христа.

Апостол Иаков учит: «Вера без дел мертва» (Иак.2:26). Вера проявляется в поступках, в выборе, в том, чему человек служит каждый день. Если дела горизонтальны и эгоистичны – то и вера такова. Если же человек искренне стремится к небесной вертикали, к жертвенной любви – то его вера жива и спасительна.

Что же остаётся человеку?

Оказавшись между прошлым, которое невозможно вернуть, и будущим, которое невозможно предугадать, – между землёй, уходящей из-под ног, и Небом, кажущимся далёким, – человек призывается к единственно возможному способу бытия: верить, доверять и быть верным. Именно это и есть совершенная вера, образ которой явлен во Христе.

Человек верит в прошлое – не идолопоклонствуя ему, но принимая как дар и урок. Он доверяет будущее Богу, ибо «не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своём» (Мф.6:34). Он выбирает быть верным Тому, Кто сказал: «Се, Я с вами во все дни до скончания века» (Мф.28:20).

Господь Иисус Христос есть «начальник и совершитель веры» (Евр.12:2). Он не обещает лёгкой жизни. Он обещает, что вера в Него побеждает мир (1Ин.5:4). Побеждает не силой оружия, а силой любви, терпения и надежды. Побеждает потому, что разрывает кокон времени и соединяет душу с Вечностью.

Заключение

Перед каждым человеком стоит не вопрос «верить или не верить?» – ибо не верить невозможно. Самый главный выбор стоит между двумя верами:

• Вера обыденная, горизонтальная, эгоистичная – замыкающая в сиюминутном и суетном. Её предельное выражение – вера диавольская: «будьте как боги». Это вера мира сего.
• Вера православная, вертикальная, жертвенная – являющая путь к Богу, разрывающая кокон времени и выпускающая душу в вечность. Её полнота – вера во Христа, распятого и воскресшего. И в своей совершенной форме эта вера есть единство уверенности, доверия и верности Христу. Это вера Царства Божия.

Первая вера даёт временную иллюзию силы и комфорта, но в итоге ведёт к одиночеству, ожесточению и смерти души. Другая – даёт тихую, несокрушимую силу терпения, милосердия и любви, возносящую к жизни вечной.

Или-или, третьего не дано.

https://azbyka.ru/life/zhit-znachit-verit-razmyshleniya-o-prirode-very/